Page 516 - Актуальные проблемы обучения русскому языку XIII

сатирического изображения мещанства - особые свойства поэтики горьковских сказок.
Не случайно свои произведения об Италии он также назвал сказками.
«Сказки об Италии» (1911-1913) стоят несколько особняком в ряду других, так
же, как и «Русские сказки», написанные в то же время. Название «сказки» продолжает
вводить в заблуждение читателей, поэтому они ошибочно издаются для детей, как
детская литература. Это произведение вошло в школьную программу: «Сказки об
Италии» предлагаются для чтения и изучения в среднем звене (в 7-м классе –
программа В.Г. Маранцмана, в программе Т.Ф. Курдюмовой – в 8 классе). И хотя еще
при жизни Горького, в 1919 г. в библиотеке детского журнала «Северное сияние»
вышли четыре сказки «Стачка», «Цветок», «Тоннель», «Пепе», с иллюстрациями
Маковского, все же этот цикл нельзя отнести к детской литературе. Правда некоторые
из сказок, например, про Пепе, могут быть предназначены для детей, но большинство
адресованы взрослым. Жанровая неоднозначность, а также тематика некоторых сказок
вызывают трудности при изучении их в школе.
Последнее время литературоведы все чаще обращаются к этому циклу Горького,
отходя от прежней довлеющей социологической трактовки и рассматривая «Сказки» в
контексте идейно-художественных исканий начала ХХ века.
«Сказки об Италии» первоначально возникали как импровизации. «Алексей
Максимович,— вспоминала Е. П. Пешкова,— любил рассказывать сыну различные
сценки и эпизоды из итальянской жизни; мальчик с увлечением слушал рассказы отца.
Некоторые из этих устных новелл Алексея Максимовича потом вошли в цикл „Сказки
об Италии“» (Горький 1971, 543-544). Это свидетельство подтверждается замечанием
самого Горького в письме к Е. П. Пешковой, отправленном с Капри 3 (16) марта 1911 г.:
«Посылаю для Максима „сказку“ — хотя это сцена с натуры, и я тебе, должно быть,
рассказал уже ее» (Горький 2002, 7). «Посылаю тебе, старикан,— писал он Максиму 4
(17) января 1911 г.,— мой рождественский рассказ: он напечатан сразу в четырех
больших газетинах...» (Горький, 2001, 8: 228). Здесь речь идет о сказке, вошедшей
позднее в цикл под номером XXI. 27 сказок публиковались в газетах «Звезда»,
«Правда», «Русское слово», «Киевская мысль», а также журналах «Путь», «Запросы
жизни», «Современник» и др. В 1913 г. они вышли отдельной книгой.
В рецензии на книгу «Сказок» критик Измайлов писал: «...здесь нет ни одной
сказки в условном литературном смысле,— это простые картинки жизни, те вымыслы
действительности, про которые Андерсен сказал, что это самые лучшие сказки...»
(Измайлов, 1913). Подобные высказывания появлялись не один раз, что вынудило
Горького давать объяснение в 1919 г. в связи с готовящимся изданием «Сказок» в
издательстве Гржебина.
В предисловии «От редакции» Горький так определил их сущность: «Имя М.
Горького достаточно известно, и нового о нем ничего не скажешь.
„Сказки“ написаны им в те годы — 906— 913, — когда он жил в Италии, самой
красивой стране Европейского материка. В сущности своей — это не „сказки“, то есть
не игра фантазии человека, которого слишком утомила, измаяла суровая
действительность или тяжкая скука жизни, который, утешая сам себя и ближних силой
своего воображения, создает другую жизнь, более яркую, праздничную, более милую
и ласковую или даже хотя бы и более страшную; эти сказки и не „выдумка“ писателя, в
которой скрыто поучение или притаилась резкая правда, как в чудесных, умных сказках
знаменитого Вольтера, Лабулэ, Салтыкова-Щедрина и других писателей. „Сказки“ М.
Горького — это картинки действительной жизни, как она показалась ему в Италии; он
назвал эти картинки сказками только потому, что и природа в Италии, и нравы ее

514