Page 374 - Актуальные проблемы обучения русскому языку XIII

Wzięłyśmy ją. Chyba tylko na złość Ilii.
(4) − Можно было бы помолчать! − зло проговорила Анжела.
− Mógłbyś sobie odpuścić! − powiedziała Andżela ze złością.
(5) − Да мне стыдно друзьям сказать, что я работаю бесплатно.
− Nawet wstyd mi się przyznawać przed przyjaciółmi, że pracuję, a nie zarabiam.
(6) Захотелось остаться в этой красной котельной навсегда. Просить
прощения. У свекрови, у всех остальных. Просто умереть. И пусть никто
никогда не произносит моего имени. Чтобы не было стыдно.
Раствориться в пространстве. Стать невидимой.
Chciałam zostać w tej kotłowni na zawsze. Błagać o wybaczenie. Teściową i
wszystkich innych. Żeby tak umrzeć. I niech nikt nigdy nie wymawia mojego
imienia, niech oszczędzi mi wstydu. Rozpłynąć się w przestrzeni. Stać się
niewidzialną.
В первом из вышеприведенных примеров (1) слово со значением грусти
парцеллируется наряду с выражающим эстетическую оценку наречием красиво.
Парцелляция осуществляется в речи посредством интонации, а ее графическими
показателями в письменном тексте являются знаки препинания (Stasienko 2015, 238) −
в приведенных фрагментах точка. Интересно, что выделенные слова заменяются в
целевом тексте прилагательными (piękne i smutne), что вызывается способом перевода
базовой части. Признак действия (зазвонили) заменяется признаком отглагольного
существительного (bicie). Русское наречие со значением грусти (грустно) оказывается в
ряду однородных обстоятельств, польское прилагательное (smutne) − определений. В
примере (2) наречие злобно опускается в целевом тексте, однако последующие слова в
большой степени интенсифицируют называемое отрицательное чувство, поэтому
эмоциональный заряд является таким же в обоих языках (глаголы будут
рассматриваться в дальнейшей части настоящей работы). Наречие цели назло (3)
заменяется cловарным эквивалентом в виде наречной фразы na złość. Предложно-
падежная форма (ze złością), соответствующая русскому наречию (зло), наблюдается и в
следующем примере (4). В остальных экземплификациях наречие стыдно применяется
в предикативной функции. В предложениях обоих языков (5) имеется т.наз. низведение
субъекта − он выражается личным местоимением в дательном падеже (мне/mi). Это
частейший способ эксплицитной реализации семантического субъекта в предложениях
со словом категории состояния. Следует отметить, что русский предикатив соотносится
с наречием (стыдно), польский − с именем существительным (wstyd). В следующем
примере (6) в подлиннике субъект обусловлен контекстуально (мы умышленно
привели длинный фрагмент текста), в переводе, в свою очередь, наряду с выраженным
фразематически предикатом наблюдается дательный субъекта (niech oszczędzi mi
wstydu). Уместным кажется обратить внимание на присутствующие в данном
фрагменте метафоры стыда: желание раствориться в пространстве / rozpłynąć się w
przestrzeni и стать невидимой / stać się niewidzialną, чтобы избежать горького,
мучительного переживания.
Большое разнообразие переводных форм касается предикативного наречия
страшно. Оно применяется в собранном материале 12 раз и имеет 6 разных
соответствий в целевом тексте. Рассмортим нижеприведенные экземплификации:
(7) «Дорогая мамочка, я очень, очень тебя люблю, когда ты заберешь меня
отсюда? Ты такая красивая, я так люблю твои нежные руки и твои
глаза, иногда они такие строгие, что мне очень страшно, иногда ты так
обнимаешь меня, я очень хочу домой, и ты будешь болтать со мной в
гостиной».

372