Page 417 - Актуальные проблемы обучения русскому языку XIII

укоренению свободных нравов, в том числе и веротерпимости, отвергая тем самым
всяческую тиранию, но и собирает вокруг себя творческих личностей, занимающихся
переводами популярных европейских сочинений на русский язык. «Переводческий
бум» должен был рано или поздно обратить внимание на состояние литературного
языка и подталкивать решение вопроса в сторону облегчения восприятия читающей
публики, в пользу разговорного языка дворянской элиты (Успенский 1985, 5). Следует
отметить, что сама форма организации досуга перенималась из Франции и ее
просветительских салонов (Лотман 1985, 223): поскольку перевод книги Мармонтеля
разделялся Екатериной по главам по числу участников, то на первое место выходило
совместное обсуждение переводимого романа и желание вывести это обсуждение за
рамки тесного «императрицыного кружка». Так, в написанном автору романа письме
подчеркивалось не столько ценность перевода, сколько факт его прочтения и
распространения среди русских читателей: «Наш перевод упрекают в неровности
слога: не спорим в этом, но мы не считаем удобным переменять что-либо в нем,
потому что именно это объясняет то, что могло подвергнуть к переводу Велисария лиц,
никогда в их жизни не исполнявших звания переводчиков. Каждая глава есть
отдельный руд – и именно чувства, убеждения, безупречной нравственности, а не
суеверного преследования» (Екатерина II 1767, 269).
Обращением к французским читателям должен был стать критический ответ
императрицы на книгу Шаппа де Отероша «Путешествие в Сибирь» − «Антидот»,
создаваемый Екатериной в 1770 году. Теперь уже российская монархиня анонимно
разоблачала неверные высказывания французского ученого о России и ее народе.
Внимательно описывая фольклорные предания, географию, историю страны,
Екатерина обращала внимание и на языковые выражения, которые иностранец, не
знакомый с российской культурой, знать не мог (Екатерина II 2005, 347-348).
Рассчитанного резонанса среди французской публики «Антидот» не принес, и
императрица сосредоточивается через год-другой на написании комедий на русском
языке, которые и явятся ее первыми посланиями к российской дворянской публике.
Кроме комедии «Передняя знатного боярина», драматические произведения
Екатерины II адресовались молодым людям – девушкам и юношам, которые только
делали первые шаги в свете и испытывали затруднения в выборе правильного
поведения при дворе: императрица их учила понимать, что говорить и как говорить.
Случаи, которые она представляла на обозрение перед публикой, касались поведения
молодых людей вообще. Екатерину интересовало, какой образ жизни они ведут, что
может их стеснять и какие беседы между собой они ведут. Перед девушкой ставилась
проблема научиться рассказывать о себе самой, уметь себя представить в обществе и
выражать свои мнения, независимо от старшего поколения. Молодого человека
должно было интересовать обучение, служба и такое же, как у девушек, умение
выгодно себя представить в свете.
Предполагалось, что отношения внутри семьи выстраиваются на русском языке,
следовательно, и комедии писались Екатериной по-русски. В то же время ближе к
середине 70-х годов 18 века императрица заводит переписку на русском языке с
Г.А. Потемкиным, более похожую на эпистолярный роман (Екатерина II и Г.А. Потемкин
1997), отражаемую личные взаимоотношения монархини и фаворита, и на
французском языке - с М. Гриммом, автором Литературной корреспонденции для
европейских монархических домов. Все это доказывает, что Екатерина II обдуманно
выбирала язык для составления своих эпистолярных посланий, и если с Гриммом она
беседовала в письмах для формирования своего образа просвещенной государыни, то

415